Константин Бочкарев: Физика привлекла cвоей глубиной и красотой

Константин Бочкарев, преподаватель физики и математики Академической гимназии и «Школы Одаренных» Тюменского государственного университета, проделал большой путь — получил образование в топовых вузах страны и зарубежья, но за продолжением все-таки вернулся в родной город, в ТюмГУ.

— С ранних лет у меня был интерес к математике, что неудивительно, так как мои родители заканчивали математический факультет. К физике интерес возник в 9 классе, когда на областной олимпиаде меня случайно записали на физику вместо математики. С тех пор я засел за изучение олимпиадных задач по физике и обнаружил, что для меня они проще, чем математические.

Поступил в заочную физико-техническую школу при МФТИ. Кстати, свою первую статью я опубликовал, обучаясь на пятом курсе МФТИ, она написана под руководством члена-корреспондента РАН, профессора Кирилла Петровича Зыбина, и была связана с явлениями, которые возникают при воздействии радиоволн на ионосферу.

Большое влияние на меня оказали спецкурсы по физике в гимназии ТюмГУ, которые нам читал бывший декан физфака Анатолий Александрович Кислицын. Физика меня привлекла своей глубиной и красотой, строгостью и последовательностью, прежде всего своей теоретически-математической стороной, практические мои навыки (экспериментальные) оставляют желать лучшего.

— Отличаются очень сильно объемом информации и полнотой изложения. Представьте, что вы плескались в маленьком бассейне, а потом вас выпустили в открытое море. Те же школьные олимпиады — особое явление. В них из ограниченного набора элементов создаются красивые нестандартные задачи, и их основная цель — научить творчески применять знания. К сожалению, из-за перегруза информацией в вузе люди часто утрачивают эту способность.

— В первый раз приехал в Принстон на два месяца по приглашению профессора Принстонского университета, выпускника МФТИ Романа Рафикова. Мы с ним познакомились во время его визита в Москву и начали совместную работу. Потом я сдал экзамены по английскому языку и специальности (TOEFL и GRE), подал документы в данный зарубежный вуз, и меня приняли на факультет астрофизики.

Изменения за время учебы за границей произошли во мне очень большие, но они не связаны с академической наукой, а касаются, прежде всего, мировоззрения и системы ценностей.

Необходимо понимать, что под словом «физика» могут скрываться сотни разных наук и направлений. В Принстоне я учился по программе

«Астрофизика», нам читали курсы по строению звезд, галактической динамике, а также вычислительным методам.

— Она объединяет в себе практически все направления физики, а я люблю широту и универсальность.

— На небо смотреть люблю, но любительской астрономией не увлекался.

— Сейчас работаю с профессором Эдуардом Абрамовичем Аринштейном в области статистической теории жидкости (направление для меня новое).

— Если хочешь рассмешить жизнь, расскажи ей о своих планах.

— Пока не удовлетворен своей работой в Школе. В данный момент обсуждаем и осмысливаем, как и чему следует учить в области физики. Как я уже говорил, это понятие очень широкое, и трактовка, и подход в школьных учебниках далеко не единственно возможный.

— Могу сказать одно: при выборе специальности каждый должен руководствоваться внутренним интересом и зовом своего сердца.

Источник:

Управление информационной политики ТюмГУ