Евгений Голубев: Технопарк позволяет придать университету новые смыслы

Евгений Голубев: Технопарк позволяет придать университету новые смыслы

2 Февраля 2016 4409

О сложностях процесса коммерциализации университетских разработок, о роли технопарков в инновационном развитии регионов России рассказывает проректор по взаимодействию с индустриальными партнерами Тюменского государственного университета, директор Технопарка ТюмГУ Евгений Голубев.

DSC_2252+1-2000.jpg

Кооперация науки и бизнеса, которой пытаются заниматься вузовские технопарки в самых разных регионах России, – задача далеко не простая. Больше того, неблагодарная: трудно быть структурой «на линии огня», которая постоянно «раздражает» как ученых, так и производство. Однако это неизбежные сложности на пути к созданию экономики, нацеленной на инновации.

Первые технопарки стали появляться в России как структурные подразделения вузов - там, где понимали необходимость сближать науку и производство. Они должны были стать площадками для коммерциализации научных разработок, которыми так богаты университеты. Получилось далеко не у всех, а по ходу дела вскрылась масса проблем во взаимоотношениях между наукой, образовательными учреждениями и бизнесом.

В середине 2000-х годов технопарки при вузах создавались повсеместно: они были модным поветрием, несмотря на то, что четкого понимания их задач, функций и механизма работы в университетах не было.

Задумка казалась благой и понятной: технопарк нужен, чтобы протестировать возможность коммерциализации университетских разработок, проверить, сработает ли идея, дать ученому «пощупать» рынок – а в случае, если сработает, заработать на этом. При этом часто схему коммерциализации понимали линейно: ученые «что-то там» исследуют и получают научные результаты, которые технопарк или центр трансфера технологий затем внедряет в производство или передает по лицензии.

Но время показало, что в жизни так не бывает. Невозможно безболезненно взять и внедрить любую научную разработку, поскольку львиная их доля попросту не отвечает запросам рынка. У ученых и предпринимателей совершенно разные интересы: для ученого сам факт изобретения и патент, его закрепляющий, – мерило успешности. Для предпринимателя патенты вторичны, он хочет получить работающую технологию. Поэтому крайне важно не рассматривать коммерциализацию идей как движение от разработки до рынка. На самом деле это движение в обратную сторону: от рыночных пустот, свободных ниш - к ученому.

Особенно важно сделать так, чтобы исследователи могли гармонично встроиться в систему промышленного производства. У нас бытуют два диаметрально противоположных представления об ученых. Почему-то принято считать, что люди, которые занимаются наукой, – чокнутые профессора в лабораториях, отрезанные от реального мира и ведущие абстрактные исследования. Либо другая крайность: считается, что ученый, будучи человеком умным, может легко самостоятельно коммерциализировать свои разработки. Ни то, ни другое неверно.

Да, наша наука действительно имеет трудности с коммуникациями на международном уровне: она достаточно закрыта, публикации происходят на русском языке. Но ученые, как правило, прекрасно представляют, в каких сферах востребованы их разработки. При этом далеко не каждый обладает предпринимательским талантом. Хотя многие пытаются пройти этот путь, провалов множество. Поэтому следует придерживаться системы распределения труда, налаживая связи между всеми ее участниками: кто-то отвечает за научные разработки, кто-то – за продвижение их на рынок, но все идут к одной и той же цели.

Технопарк при Тюменском государственном университете был создан в 2007 году именно для того, чтобы налаживать связи и помогать с распределением труда при коммерциализации перспективных научных разработок. С момента создания технопарка мы сразу пытались решить проблему «закрытости» российской науки: технопарк развивался на средства гранта Корпорации Карнеги (Нью-Йорк, США) и агентства IREX (Вашингтон, США).

Реализованная в ТюмГУ в 2007-2008 годах инновационная образовательная программа по приоритетному национальному проекту «Образование» предоставила возможность приобрести высокотехнологичное оборудование, а сотрудникам технопарка пройти стажировки в России и за рубежом – в Китае, Чехии и США.

Сегодня технопарк находится на полном самообеспечении, никак не дотируется – и даже приносит университету небольшую прибыль. Основные области промышленности и науки, с которыми мы работаем, – это ИТ, технологии по обеспечению обращения с отходами в нефтегазовом секторе и нефтесервис – такова специфика региона.

Технопарк позволяет придать новые смыслы университету, превратить его в экспертную площадку, в точку высокой концентрации компетенций, знаний и профессионалов самых разных научных направлений. Это идеальная структура для того, чтобы ученые, аспиранты, студенты пробовали инновации на зуб, а индустриальные партнеры могли снижать свои расходы на НИОКР, отдавая часть задач университетам.

Мы используем совершенно разные маркетинговые подходы и схемы коммерциализации разработок. Иногда университету выгоднее самому проводить опытно-внедренческие работы. У нас есть множество спин-оффов, созданных в стенах вуза его сотрудниками, примерно 15% – состоявшиеся успешные предприятия.

Иногда выгоднее привлекать индустриальных партнеров. При этом, когда у вуза появляются точки входа в крупные индустриальные компании, ему становится легче «завести» туда свои малые инновационные предприятия (МИПы) – предприятия, создаваемые при вузах для внедрения результатов интеллектуальной деятельности в соответствии с 217-ФЗ от 02.08.2009.

Любому стартапу в нефтегазовом секторе для того, чтобы работать с большими компаниями, требуются инвестиции или техническая база для опытно-промышленных испытаний. Заказчику ведь нужно увидеть – хотя бы на опытном участке – что технология работает. Обычная компания, например, разработавшая способ повышения нефтеотдачи скважин, даже не сможет попасть на месторождение «без связей». А университетский технопарк как раз в ответе за эти связи. К тому же он поможет сократить затраты стартапа, ведь тот сможет использовать материально-техническую базу университета, его центры прототипирования, инжиниринга и т. д.

Приведу один из актуальных примеров подобного распределения труда при создании инновационного производства с нашим участием. Недавно в Тюмени стартовал проект по разработке технологии увеличения нефтеотдачи теплофизическими способами – с его помощью мы пытаемся частично потеснить рынок разрыва гидравлического пласта, который основан на технологии, некогда разработанной в России, но потом «утекшей» в США.

Кроме нас в проекте задействованы крупные машиностроительные предприятия, нефтяные компании, два академических института. Академические институты предлагают базовые научные исследования, мы (Тюменский госуниверситет) занимаемся прикладной частью и «упаковкой» технологии, машиностроители создают и налаживают производство оборудования для реализации этой технологии. По сути, каждый участник создает свой собственный рынок.

Еще один способ взаимодействия с индустриальными партнерами – перенос НИОКР частично или полностью от предприятия на базу университета. Университет таким образом получает «заказ» на инновации, а предприятие экономит на расходах на R&D. Так, в результате совместного проекта с АО «ГМС Нефтемаш» в 2015 году нам удалось создать инновационный научно-исследовательский стенд – на сегодня самый крупный и современный испытательный метрологический комплекс в России, который позволяет проводить исследования, калибровку, поверку расходомеров-счетчиков и всех типов измерительных установок нефти и газа. Другим итогом проекта стало создание совместной кафедры по расходометрии нефти и газа в ТюмГУ.

Научные исследования для предприятий сегодня – непрофильная деятельность. Когда приходится выживать, инвестиции в науку и развитие режут в первую очередь. Да и воспринимают их не как инвестиции, а как расходы. Отдать вузам научную работу предприятиям все еще боязно, да и общаться эти две «стихии» в постсоветские годы разучились. МИПы в этом смысле выступают связующим звеном, но звено это мало кто ценит по достоинству.

Инноваторов не любят: они не знают, что такое «стабильность», постоянно находятся в процессе изменений, предлагают инвесторам вложиться в проекты с высокими рисками. Да и с точки зрения университетов они больше «не свои» – их легко обвинить в том, что они уводят науку из вуза. Технопарк в этом смысле едва ли не единственная структура за плечами малых инновационных предприятий.

В крупных западных технопарках при вузах и исследовательских университетах я наблюдал такую картину: невозможно отличить, где находится вузовская лаборатория, а где – лаборатория промышленного партнера. Расположены они на одной и той же базе, работают рука об руку, в обеих трудятся студенты, аспиранты, научные сотрудники. На мой взгляд, это отличная иллюстрация того, к чему мы должны стремиться на пути к инновационной России – полному избавлению от пропасти между наукой и промышленностью.


Источник:

Управление информационной политики ТюмГУ

Автор: Наталья Югринова


Поделиться