Академик Лисица: в ТюмГУ мы соберем геномный «пазл»

Академик Лисица: в ТюмГУ мы соберем геномный «пазл»

3 Сентября 2019 853

Западно-Сибирский межрегиональный научно-образовательный центр становится реальностью. Уже на стадии подготовительных мероприятий идея создания НОЦ в Тюмени вызвала интерес уважаемых ученых и специалистов, предприятий и организаций различных сфер деятельности. В их числе НИИ биомедицинской химии (ИБМХ) им. В. Н. Ореховича и его директор – академик РАН Андрей Лисица.

Лисица А.В. DSC_6819.jpg

– Андрей Валерьевич, учитывая ваши визиты в Тюмень, участие в стратегической сессии по вопросам НОЦ, вас тоже можно зачислить в число сторонников его создания?

– С огромным удовольствием приезжаю в Западную Сибирь. Для меня – это новый плацдарм возможностей. Если говорить более широко, я – сторонник развития региональной науки, которая сильно ослабла за счет стягивающего эффекта центра. К сожалению, эта идея не у всех вызывает понимание. Я тоже не во всем и не всегда уверен, но эту мысль считаю абсолютно верной.

Понимание необходимости развивать не «региональную науку», а науку «за МКАД», позволяет, надеюсь, не просто зачислить, но признать меня убежденным сторонником НОЦ. Я не могу найти научного обоснования, что парни и девушки, родившиеся в так называемых «регионах», глупее, чем их сверстники в Москве или в Женеве, или сразу зародившиеся в Массачусетском технологическом институте. Это удобная чушь, не более того.

Я воспринял политику правительства по созданию в регионах научно-образовательных центров нового формата и мирового уровня. Ведь есть заманчивая альтернатива – создаем пяток НОЦев в Москве – хорошо, удобно, привычно. Но в этом отношении, на мой взгляд, вектор взят совершенно верный, и я однозначно считаю, что научно-образовательные центры – это важнейший проект на научном горизонте нашей страны.

– Какие видите точки пересечения с ним (НОЦем) возглавляемого вами института?

– Наш Институт – лидер в так называемых омикс-технологиях. Говоря упрощенно, мы умеем разбирать организмы, биологические пробы до молекул, на генетическом уровне – до генов, на уровне транскриптов – также до генов и молекул…

Особенная наша компетенция – на уровне белков видим организмы со степенью точности, которой нигде в мире пока не могут достичь. Это подтверждено участием, «бенчмаркинг» (прошу прощения за иностранное слово) в крупнейшем международном проекте «Протеом человека» (Human Proteome Project, НРР – международный проект по созданию протеомной карты, включающей все белки, кодируемые геномом человека). Мы также умеем работать с низкомолекулярными соединениями – метаболитами, с микробиомом, с бактериями, которые в нас обитают и умеют нами управлять!

То есть имеем целостную молекулярную картину организма с технической (аналитической) точки зрения. Чтобы до конца понять, необходимы современные подходы, объединяющие аналитическую химию с молекулярной биологией. Мы в научно-образовательном центре в Тюмени построим молекулярно-биологический комплемент к аналитической омикс-части. Иными словами, имея мощную аналитику, здесь мы будем осуществлять постановку молекулярно-биологического, если угодно – биоинформатического, эксперимента, который позволит интерпретировать эти данные.

Как пример «на пальцах»: есть коробка, в которой ничего не видно, но мы знаем, что там пазл. Берем наши технические решения и каждый элемент пазла прочитываем, видим, что на нем нарисовано. Потом здесь, в НОЦ, ставим эксперимент так, чтобы элементы пазла собрались в общую картинку.

Я считаю это взаимодополняющей стратегией, которая позволит выйти как на принципиально новые результаты, так и на приемлемую публикационную активность. Но, если честно, я бы не ставил только публикации во главу угла. Это западная модель оценки эффективности, давайте её и оставим просвещенному Западу.

– И где или как этот «пазл» может пригодиться?

– Мы хотим попробовать создать диагностическую систему нового поколения – полевую диагностическую систему в виде тест-полоски, основанную на современных редакторах семейства CRISPR, семейства Cas (использование методик CPISPR-Cаs для направленного редактирования геномов считается перспективным направлением в современной генной инженерии). Оказалось, что они могут применяться не только для генетического редактирования. К этому открытию «приложили руку», прежде всего, российские ученые – группа профессора К. Северинова, конкретно – Сергей Шмаков и Евгений Кунин. Они смогли биоинформатическим способом (считаю важным это отметить, потому что в ТюмГУ запускается магистерская программа «Математическая биология и биоинформатика») найти абсолютно новое семейство редакторов, которые служат не для редактирования генома, как мы привыкли думать, а для детектирования единичных молекул.

По сути дела, природа подсказала нам ультрачувствительный детектор. Его применение, во-первых, снижает стоимость любой из существующих диагностик. Во-вторых, он открывает возможность детектировать низкую концентрацию ДНК и делает намного более быстрой диагностику, что очень важно. Например, при контакте с клещом можно по слюне определить наличие возбудителей заболеваний. Это направление, кстати, является еще одной точкой сопряжения ИБМХ и будущего НОЦ. Наши наработки и опыт мирового уровня, накопленный ТюмГУ в акарологии, позволяют рассчитывать на эффективные практические результаты в создании систем тестирования.

– В конце прошлого года вы подписали соглашение о сотрудничестве ИБМХ с ТюмГУ. Оно предусматривает, в том числе, создание «распределенной научно-исследовательской лаборатории». Что это, если конкретнее?

– Чтобы создать лабораторию на базе Института X-BIO, необходимо иметь определенный задел, задача интересная. Внутри нашего института мы при поддержке Минобрнауки России создали новую лабораторию, в которой сейчас аккумулируются кадры, получают компетенции в области молекулярной биологии. Они ставят все участки, обретают навыки, которые пригодятся в тюменской лаборатории в X-BIO в области современной молекулярной и клеточной биологии, участвуют в проработке структуры, оснащении оборудованием и т. д., вплоть до дизайна лаборатории (где и что будет стоять, где сотрудники будут чай пить и обедать, а может, и ужинать).

Люди также берут определенные обязательства на будущее: когда лаборатория запустится, они наполнят её кадрами. Свои компетенции и опыт будут передавать специалистам, в том числе, из потока магистерской программы «Математическая биология и биоинформатика». Кто-то из приехавших сформирует новую квалифицированную научную ячейку, возможно, в ней останется, что весьма вероятно. Это и есть распределенная научная лаборатория.

Лисица А.В. в ТюмГУ DSC_6185++++.jpg

Лубочная, утопичная картина, но я верю в нее. Тем более, такое уже было – так создавались Академгородок в Новосибирске, новые кафедры во многих университетах. Потом, правда, эти практики стали забываться. Но на этапе Проекта 5-100 начали возрождаться, сейчас, с появлением научно-образовательных центров, генетических центров, уверен, получат широкое распространение, как говорится: «наука будущего – наука молодых».                                     

– Вы только что говорили о магистерской программе «Математическая биология и биоинформатика», которая открывается в Институте экологической и сельскохозяйственной биологии (X-BIO) ТюмГУ в этом году. На поддержку в ее реализации здесь возлагают надежды на коллег из ИБМХ. Как вы воспринимаете оба этих факта – наличие такой программы и надежды?

– В разнообразной палитре партнерства я поставил бы эту программу на первое место. Она разрабатывается и будет реализовываться под руководством руководителя группы по анализу постгеномных данных ИБМХ, лауреата премии Правительства РФ для молодых ученых Катерины Поверенной. Это специалист, сочетающий в себе молекулярно-биологическое образование и биоинформатическую подготовку на уровне аспирантуры и защиты кандидатской. Я очень рад, что она возглавила это направление, и сотрудники нашего института активно подключились к его разработке. В том числе я с большим удовольствием подготовил свою часть курса, она посвящена геномике и генетике, конечно, уже компьютерной. Это изучение разнообразия веб-ресурсов, с которыми работает современный специалист в области генетики и геномики, возможность анализа последовательности, исследование сборки геномов, всевозможных необычных элементов в геноме, например, перемещающихся участков (транспозонов). Мне интересно, в этой области и начинал свою работу, а сейчас снова вернулся туда уже в формате преподавательского курса. В общем, с энтузиазмом планирую на постоянной основе поработать со студентами.

Тюменский госуниверситет предоставляет для этого уникальную, на мой взгляд, площадку. Здесь я надеюсь найти талантливых людей, которые и займутся сбором «пазла». Надеюсь, наши с Катериной действия будут достаточно адекватны, чтобы понять, что развивать науку нужно по всей стране. Не на словах, не по «остаточному принципу», а на деле. Хочешь работать на благо государства российского, есть здоровый задор, тебе же еще нет и 35 лет – так открой «лабу» не в Москве и не Питере, и не в Томске или Новосибирске. В этом, как мне кажется, основной посыл ФНТП по генетическим технологиям.

Мы постоянно работаем. То есть не мы, а наши сотрудники. Это уже не надежды, а реальность. Остались, в основном, организационно-технические вопросы, например, логистика – когда приезжать, читать лекции, у меня еще есть идея кружка по расшифровке геномной информации. Это уже наши обязательства. У Катерины, руководителя магистерской программы, особо не забалуешь, она четко выстраивает работу и несет персональную ответственность перед университетом, перед ректором. Поэтому, считаю, слово «надежды» здесь не совсем уместно.

– В заключение вопрос академику РАН: в Российской академии наук есть какие-то планы по научному, организационному сопровождению формирования и развития научно-образовательных центров, учитывая, что задача поставлена создать НОЦы мирового(!) уровня?

– РАН, конечно, видит активность в регионах по созданию научно-образовательных центров, понимает их необходимость. А исчерпывающий ответ на этот вопрос содержится, на мой взгляд, в выступлении президента РАН Александра Сергеева на совещании по данной теме в Тюмени. Он отметил значение научно-методического руководства этими процессами и заверил, что Российская академия наук будет всячески способствовать выполнению проекта.

 

 

Источник:

Управление стратегических коммуникаций ТюмГУ


Поделиться